Проблема диалога культур на уроке литературы

ПРОБЛЕМА ДИАЛОГА КУЛЬТУР НА УРОКАХ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Султанова Динара Акилбековна
Костанайский государственный педагогический институт


С самого раннего детства и до глубокой старости вся жизнь человека неразрывно связана с материальной и духовной культурой.
Интерес к языку, литературе, искусству, стремление к совершенному владению их письменными и устными формами всегда характеризует культурного человека. Нет такой сферы общения, где бы не требовалось хорошее владение языком и литературой и умение пользоваться этим бесценным даром, завещанными нам предками.
Благодаря культуре человек роднится с древними мыслями, появившимися за тысячелетия до его рождения, и может обращаться к правнукам, которые будут жить после него.
Таким образом, истинная любовь к своей стране немыслима без любви к своему языку, литературе, искусству.
В мире насчитывается от 2000 до 3500 языков. Точнее посчитать не может никто, т.к. несколько народов может говорить на одном языке, как, например, кабардинцы и черкесы. Но бывает и так: представители одного народа говорят на нескольких языках, например, казахи, русские, украинцы, немцы и другие, которые проживают на территории современного Казахстана.
В языках отражаются все достижения науки, техники, искусства.
В Казахстане живет более 130 народов, и культура каждого уникальна. Поэтому особую актуальность приобретает идея кросскультурного и полиязычного образования подрастающего поколения. Межкультурная коммуникация предполагает равноправное взаимодействие различных культур с учетом их самобытности и своеобразия. Все это, в конечном счете, приводит к необходимости выявлять общечеловеческое на основе сравнения иноязычной и собственной культуры.
Проблема диалога культур в преподавании русской литературы не нова, но она приобретает новую значимость: в условиях поликультурного образования, ориентированного на культуру многих народов, педагогической задачей становится не только приобщение обучаемых к родной культуре, но и обращение к национально-культурным достижениям и ценностям других народов.
Преподавание в полиязычном Казахстане русской литературы открывает перед учащимися все многообразие духовного и материального мира, помогает им понять ценности другой культуры, в конечном счете, научит жить и общаться в многонациональной стране. И сейчас, когда проблема межнационального взаимопонимания приобретает особую значимость, диалог культур важен для построения национальных отношений.
Общеизвестно, что чтение художественных произведений русской классики дает возможность подрастающему поколению нравственно и духовно обогатиться в процессе знакомства с основными образами того или иного писателя.
Так, Иван Сергеевич Тургенев всегда находился в поиске идеальной личности и воплотил существенную долю своей мечты в героях и героинях повестей и романов.
Наталья Ласунская – первая такая героиня, начальный шаг автора к поиску идеала. Для Тургенева была важна внутренняя красота человека, и поэтому внешне его героини не всегда очаровательны: Наталья «еще не успела развиться, была худа, смугла, держалась немного сутуловато» /2, 239/. Главным достоинством в женщине Тургенев считал скромность – качество, о котором в то время светские дамы знали только, что это существительное женского рода; скромность в девушке даже считалась дурным качеством. Своих героинь Тургенев противопоставлял светским барышням: «Образом Натальи Ласунской Тургенев представил нам пробуждение молодой души, передовой русской девушки из дворянской семьи, человека, тянувшегося вверх из болота привилегированной жизни к высоким нравственным идеалам » /3, 184/. Автор любуется немногословной, краснеющей при новом знакомстве, опускающей глаза при собственной смелой мысли девушкой. Такова молодая Ласунская; в ней нет светской фальши, она искренне любит деревню, природу, лошадей, близка к искусству, но не гордится этим (говорит Рудину, что неважно играет на фортепиано). Писарев считал, что Наталья, в отличие от своих современниц, слепо следующих моде и светскому этикету, смогла сделать для себя переоценку ценностей и не дала испортить свою высокую натуру пагубным воспитанием легкомысленной матери и иностранной гувернантки: «Наталья, как умный ребенок, рано заявила свою умственную жизнь каким-нибудь озадачивающим вопросом, метким замечанием, вспышкою своеволия; это заявление, благодаря тупости воспитательницы, встретило себе холодный или даже недоброжелательный прием» /4, 35/. В родном доме никто не рассматривал в ней пытливый ум, никто не знал о том, что она выучила наизусть всего Пушкина, все считали ее ребенком и даже не предполагали, что эта девочка способна искренне полюбить. Выйдя к жанру романа, Тургенев пользуется успешными сюжетными приемами, которыми он овладел еще при написании повестей. Один из таких приемов – испытание любовью. Рудин охотно и смело рассуждает о «трагической силе любви», собирается взять эту тему в основу своей статьи. Много красивых фраз, различных аллегорий и сравнений он нашел бы для развития мысли, но, объявляя о только что задуманной статье, герой еще не вдумывался в ее суть. Наталья же наоборот воспринимает эту мысль совершенно серьезно и смотрит вглубь: «Мне кажется, - робко заметила Наталья, - трагическое в любви – это несчастная любовь» /2, 250/. В этом убеждении и трагизм ее взаимоотношений с Дмитрием Рудиным. Тургенев очень трепетно пишет о юном создании, чье сердце впервые испытывает волнение чувств, называемое любовью. К этой теме он обращался в повестях, но «Первая любовь» - произведение биографическое, и в «Асе» автор также анализирует природу влюбленности. Писарев считал «Рудина» переходным звеном от повестей к романной форме, рассматривал эволюцию героев: «Наталья в «Рудине» похожа на Асю, или, вернее, в основу их личностей положена автором одна идея, разработанная различно в обоих романах. В Асе больше грации, в Наталье больше твердости; Ася отличается подвижностью, Наталья – сдержанностью и способностью глубоко вдумываться в предмет и долго вынашивать в голове идею или чувство» /4, 32/. В романах авторское внимание сосредотачивается на силе девичьих чувств: «А Наталья пошла к себе в комнату. Долго сидела она в недоумении на своей кроватке, долго размышляла о последних словах Рудина и вдруг сжала руки и горько заплакала. О чем она плакала – Бог ведает! Она сама не знала, отчего у ней так внезапно полились слезы. Она утирала их, но они бежали вновь, как вода из давно накопившегося родника» /2, 251/. В этом отрывке есть несколько моментов, передающих авторское восхищение своей героиней: уменьшительно-ласкательное слово «кроватка», восклицательная конструкция «Бог ведает!», сравнение слез с родником – чистым и самобытным источником, - все это придает образу влюбленной Натальи возвышенность и очарование, но при этом читатель видит в героине дитя. Автор опровергает это сравнение устами Лежнева: «А Наталья не ребенок; поверьте мне, хотя, к несчастью, неопытна, как ребенок. Вы увидите, эта девочка удивит всех нас Знаете ли вы, что именно такие девочки топятся, принимают яду и так далее? Вы не глядите, что она такая тихая: страсти в ней сильные и характер тоже ой-ой!» /2, 253/.
Силу своего характера Ласунская демонстрирует на роковом свидании у Авдюхина пруда. Анализируя повесть «Ася» в статье «Русский человек на rendez-vous» (1858), Н.Г.Чернышевский писал о том, что свидание у Тургенева – кульминационный момент, когда раскрывается вся сущность главного героя. У Рудина с Натальей было два свидания, совершенно противоположных по цели и настроению. Символом первого является беседка – место, где в произведениях Тургенева звучат признания и зарождаются прекрасные отношения молодых людей. Описание героини в этот момент возвышенно: «Наталья приподняла голову. Прекрасно было ее бледное лицо, благородное, молодое и взволнованное – в таинственной тени беседки, при слабом свете, падавшем с ночного неба» /2, 270/. Совершенно противоположно свидание у Авдюхина пруда – глухом и мрачном месте заброшенной усадьбы на краю оврага. Наталья приходит на него, полная решимости пойти на самопожертвование, о котором так искренне говорила Рудину несколько дней назад; но эта решимость выстрадана ею: «Рудин подошел к ней и остановился в изумлении. Такого выражения он еще не замечал на ее лице. Брови ее были сдвинуты, губы сжаты, глаза глядели прямо и строго» /2, 279/. Наталья приходит не для того, чтобы опровергнуть слова матери о несерьезном отношении Рудина к ней (она даже не запоминает всего, что наговорила ей мать), - героиня приходит за ответом и готова на все, но жестоко разочаровывается. «Объяснение Рудина с Натальей у Авдюхина пруда оказывается своеобразным испытанием, определяющим оценку героя» /5, 29/. Рудин в таком испытании показал слабость чувств: узнав о том, что Дарья Михайловна против их брака, он решает покориться воле родительницы. Перед читателем же раскрывается сила женского характера: «Обаяние многих тургеневских героинь, несмотря на разницу их психологических типов, заключается в том, что их характеры раскрываются в моменты напряженного поэтического чувства» /6, 54/. Наталья, пораженная безответностью Рудина, показана Тургеневым во всей гамме своих чувств: от состояния ошеломления через слезы до восторженного вывода – приговору своему чувству. Именно ей автор доверяет произнести слова, бичующие убеждения Рудина: «Покориться! Так вот как вы применяете на деле ваши толкования о свободе, о жертвах» /2, 281/. В свою очередь, Наталье Алексеевне дает характеристику герой: «Какова? – думал он. – В восемнадцать лет!.. Нет, я не знал Она замечательная девушка. Какая сила воли!.. Она права; она стоит не такой любви, какую я к ней чувствовал» /2, 283/. Фактически эти слова принадлежат самому автору; Наталья Ласунская – натура правдивая и духовно возвышенная, заслуживающая благородной любви, а не размытых мечтаний, она открывает галерею тургеневских девушек, чутких и решительных одновременно.
Итак, счастью героини первого романа Тургенева помешали такие качества ее возлюбленного, как нерешительность и отсутствие веры в собственные силы. «Всякому тяжело первое разочарование; но для души искренней, не желавшей обманывать себя, чуждой легкомыслия и преувеличения, оно почти нестерпимо» /2, 281/.
Однако, стоит также отметить, что на отдельных занятиях невозможно усвоить всю культуру русского народа, но педагог должен создать модель культуры, которая могла бы в фукциональном плане замещать реальную ее систему, с тем чтобы это способствовало духовному совершенствованию обучаемых на базе новой культуры в ее диалоге с родной.



ЛИТЕРАТУРА
Абишева К.М. Проблема диалога культур в современном Казахстане. – А.: Атамура, 2001. – 125 с.
Тургенев И.С. Повести и рассказы. – М.: Просвещение, 1989. – 358 с.
Петров С.М. И.С.Тургенев. Творческий путь. – М.: Наука, 1987. – 254 с.
Писарев Д.И. Женские типы в романах и повестях Писемского, Тургенева и Гончарова // Русское слово. 1861. №12.С.35.
Маркович В.М Человек в романах И.С.Тургенева. – Л.: Издательство Ленинградского университета, 1980. – 120 с.
Пустовойт П.Г. И.С.Тургенев. – М.: Издательство Московского университета, 1982. -114 с.

Заголовок 815

Приложенные файлы

Добавить комментарий